Авербух высказался в поддержку идеи введения в России юридически обязывающих соглашений для спортсменов, которые усложнят процедуру смены спортивного гражданства и обяжут компенсировать вложения в подготовку атлетов.
Серебряный призёр Олимпиады‑2002 в танцах на льду, ныне хореограф и продюсер Илья Авербух назвал инициативу логичной и справедливой по отношению к государству и тренерам, которые годами вкладываются в будущих звезд спорта. По его словам, если российский спортсмен решает выступать за другую страну, тот, кто получает уже готового высококлассного атлета, должен возместить те средства, которые были потрачены на его подготовку.
Авербух подчеркнул, что речь может идти как о новых клубах, так и о национальных сборных других стран или самих спортсменах, в зависимости от конкретной ситуации. Главное, считает он, - чтобы была выстроена чёткая юридическая система, где заранее прописаны суммы, механизмы расчёта и ответственность сторон. Это позволит избежать хаоса и конфликтов и сделает переходы более прозрачными.
Он провёл параллель с футболом, где уже давно действует система трансферов и отступных: когда один клуб выкупает игрока у другого, он обязан выплатить оговоренную сумму. По мнению Авербуха, подобный подход должен быть распространён и на другие виды спорта, в том числе на фигурное катание. Он напомнил, что в этом виде спорта нередки ситуации, когда спортсмен переходит к другому тренеру или в другую страну уже на пике формы, после многолетней работы прежнего наставника.
Авербух считает, что в таких случаях прежний тренер и его команда не должны оставаться ни с чем. Компенсировать вложения может либо сам спортсмен, либо новый клуб, либо тренер, который принимает атлета. Это, по его мнению, не только вопрос денег, но и вопрос уважения к труду специалистов, вложивших годы в развитие спортсмена.
Тема регулирования смены спортивного гражданства стала особенно актуальной после заявлений министра спорта России Михаила Дегтярёва. Глава ведомства ранее сообщил, что при переходе российских атлетов под флаг других стран одним из условий возможного сокращения карантина может стать компенсация государству затрат на их подготовку. Речь идёт о механизме, который должен уравновесить интересы спортсменов и национальной системы спорта.
Министр уточнил, что в будущем планируется внедрить юридически обязывающие соглашения, которые будут заключаться не напрямую с государством, а между спортсменом и соответствующей спортивной федерацией. По этим документам стороны заранее согласуют условия возможного перехода, включая порядок компенсации и последствия смены спортивного гражданства.
Сейчас обсуждается модель, при которой для сменивших спортивное гражданство атлетов может устанавливаться карантинный срок от двух до четырёх лет. В этот период спортсмен не сможет выступать за новую страну на международной арене без разрешения российской федерации по его виду спорта. Дегтярёв подчеркнул, что преодолеть карантин можно будет только при наличии согласия соответствующей федерации и при выполнении оговорённых условий.
По словам министра, один из ключевых факторов - финансовая компенсация за подготовку спортсмена. Теоретически, если атлет или принимающая сторона полностью возмещают расходы, которые понесли государство и федерация, срок карантина может быть сокращён. Однако, как отметил Дегтярёв, допускать ситуацию, когда переходы проходят бесконтрольно, нельзя, поскольку речь идёт о значительных бюджетных вложениях.
Министр напомнил, что государство инвестирует в карьеру каждого перспективного спортсмена крупные суммы: по его оценке, траты могут достигать до 1,5 млн рублей в год на одного атлета. В эту сумму входят работа тренерского штаба, участие в сборах и соревнованиях, медицинское сопровождение, инфраструктура и другие элементы подготовки. Именно поэтому, по его мнению, справедливо требовать компенсации, если спортсмен уходит представлять другую страну.
Планируемые юридические соглашения призваны создать предсказуемые правила игры как для федераций, так и для самих спортсменов. В них могут быть прописаны не только суммы компенсаций, но и порядок их расчёта (например, с учётом возраста атлета, уровня его достижений, объёма финансирования), а также условия, при которых возможны льготы или освобождение от выплат - например, в случае завершения карьеры или форс-мажорных обстоятельств.
Подход, о котором говорит Авербух, фактически предлагает рассматривать подготовку спортсмена как долгосрочный проект, в который инвестируют тренеры, клубы и государство. Если позже этот "проект" переходит к другой стороне, логично, чтобы она возместила хотя бы часть вложений. Такая модель может также стимулировать более взвешенные решения о смене гражданства и сократить число ситуаций, когда переход совершается импульсивно или под влиянием краткосрочных выгод.
В то же время введение строгих юридических механизмов неизбежно поднимет вопросы о свободе передвижения и правах самих спортсменов. Критики подобных инициатив могут утверждать, что чрезмерные ограничения или чрезмерно высокие суммы компенсаций фактически превращают атлетов в "заложников" системы. Поэтому важной задачей станет поиск баланса между защитой инвестиций государства и клубов и сохранением возможностей для личного выбора и развития карьеры.
Особенно чувствительной эта тема является в видах спорта, где тренерская школа и инфраструктура одной страны объективно сильнее и привлекательнее для спортсменов из других государств. Россия традиционно занимает лидирующие позиции, например, в фигурном катании, художественной гимнастике, ряде других дисциплин. Как отмечают эксперты, именно поэтому иностранные федерации нередко заинтересованы в уже сформированных российских спортсменах, что и порождает дискуссию о справедливости таких переходов.
Сторонники инициативы считают, что прозрачная система компенсаций может частично решить проблему утечки кадров: если иностранные клубы и сборные будут понимать, что за сильного спортсмена нужно заплатить ощутимую сумму, они будут либо внимательнее выстраивать собственную систему подготовки, либо заключать более осознанные и долгосрочные контракты с российскими атлетами. А для российской стороны это станет дополнительным источником средств, которые можно направить на развитие детско‑юношеского спорта.
С другой стороны, сами спортсмены могут получить больше определённости: заранее зная условия возможного перехода, они смогут планировать карьеру, оценивать риски и вести переговоры с потенциальными новыми командами или странами. Наличие формализованных правил часто снижает уровень конфликтов и скандалов, которые раньше возникали из‑за неожиданных переходов или ощущений несправедливости у тренеров и федераций.
Отдельного внимания заслуживает вопрос, кто именно должен будет оплачивать компенсацию - сам спортсмен, новый клуб, федерация принимающей страны или некий комбинированный вариант. Авербух подчёркивает, что это как раз та сфера, которую необходимо детально прописать юридически. Возможны разные модели: от распределения суммы между несколькими сторонами до создания специальных фондов или страховых механизмов, которые будут покрывать часть расходов.
Для видов спорта с невысокими доходами и более скромным финансированием внедрение такой системы может потребовать адаптации. Если в футболе или хоккее крупные трансферы давно стали нормой, то, скажем, в фигурном катании или лёгкой атлетике ресурсы куда ограниченнее. Здесь важно, чтобы размер компенсаций не стал барьером к развитию карьеры, особенно для тех спортсменов, которые вынуждены менять страну из‑за личных обстоятельств, а не ради сиюминутной выгоды.
В любом случае высказывания Авербуха отражают позицию части спортивного сообщества, которое выступает за защиту интересов национальных школ и тренеров. Он настаивает, что труд специалистов, вкладывающих силы и время в становление чемпионов, должен получать не только моральное, но и материальное признание. А обсуждаемые юридические соглашения, по его мнению, могут стать шагом к более справедливой и цивилизованной системе переходов в спорте.
В ближайшие годы можно ожидать дальнейшей конкретизации этих инициатив: разработки типовых договоров, установления единых рекомендаций по расчёту компенсаций и формирования практики применения новых норм. Насколько эффективно они заработают и удастся ли сохранить баланс интересов всех участников - спортсменов, тренеров, федераций и государства, - покажет время. Пока же ясно одно: тема смены спортивного гражданства перестаёт быть исключительно этической и всё активнее переходит в сферу права и экономики.